Свадьба – это такое яркое и счастливое событие, с которым ничто не может сравниться. У предков наших были особые слова и особые приметы на сей случай. Например, считалось, что вихрь с пылью навстречу свадебному поезду, равно как и метель – не к добру (весь достаток из семьи выдует), а вот тихий снежок или дождичек – к богатству. Забавно отзывались о жениховом поезде: «Как в лесу тетери все чухари, так наши поезжане все дураки».

Молодым до венца не полагалось есть: «До венца тощи, после солощи». Жениха перед венчанием опоясывали вязаным кушаком, чтобы узлы охраняли его от порчи, обоим новобрачным втыкали булавки против сердца, а кое-где еще и за пазуху клали ртуть – с той же целью убережения от порчи. На Смоленщине невесте нужно было перед входом в храм погрызть церковный замок и сказать: «Мне беременеть, тебе прихоти носить». Дурной приметой считалось уронить обручальное кольцо под венцом.

Существовало поверье, что ежели с кого из молодых венец спадет, тому потом придется вдовствовать. А чтобы жить вместе и умереть вместе, полагалось свечи венчальные разом задувать (и хранить потом, возжигая снова при первых родах). Кроме того, сидя за столом, новобрачным нельзя было прислоняться к стене, чтобы лукавый не расстроил брак.

В псковской земле жениха не впускали в дом невесты, пока не отгадает всех загадок, которые зададут ему ее подружки, а потому советовали, чтоб выбирал такого дружку, что ловок в этом деле. Про кражу невесты и выкуп ее, конечно же, всем известно, но сейчас уже мало кто помнит, что при этом приговаривали: «Куницу, лисицу, золотую гривну да стакан вина». Подружки невесты за ее похищение пели: «На дружке шапчонка после дядюшки Парфенка; на дружке штанишки после дяди Микишки, на дружке кафтанишка с банного помелишка».

Однако, был и другой обычай: выкупать постель. Одна из родственниц невесты должна была обогреть брачное ложе, а новоявленный супруг обязан был за это заплатить. А сваха, привозя приданое невесты, требовала: «Купите четыре угла, дайте четыре рубля, пятый на середку».

За стол звали гостей, кланяясь: «Милости просим, люд честной, к нашим молодым на сыр-каравай». Молодоженам на свадьбе испокон века желали любви да совета, а невесте еще вдобавок говорили: «Дай бог под злат венец стать, дом нажить, детей водить». Тосты в честь новобрачной были весьма оригинальными. Например, о ней высказывались так: «Со вечера бел заюшка по приволью скачет, со полуночи на блюде лежит». О женихе тоже отзывались выразительно: «Конь под ним полтораста рублев, убор на коне в пятьсот рублев, молодец-то сидит, и цены ему нет». При свадебном потчевании полагалось говорить: «Ноги с подходом, руки с подносом, сердце с покором, голова с поклоном».

Родители невесты обращались к дружке свадебному: «С добрыми речьми милости просим». Он же им ответствовал: «Сад загорожен, и зверь сбережен». Это означало, что жених чист перед избранницей, а под зверем подразумевалось его, женихово, интимное место.

Молодых же дружка чествовал следующими словами: «Золото с золотом свивалось, жемчужина с другою скаталась». А жениху заповедывал: «Как голубь без голубки гнезда не вьет, так новобрачный князь без княгини на место не садится».

Свекр со свекровью невесте приговаривали: «Мети, мети, а сор на улицу не выкидывай», а обоих молодоженов благословляли словами: «Мохнатый (Косматый) зверь на богатый двор; молодым князьям да богато жить». Именно для этого новобрачных усаживали на медвежью шубу.

Кстати, существовала традиция «поучить» молодую подметать пол: ей вручался веник, а гости кидали сор на пол, что было связано с испытанием ее кротости. Отец невесты обращался к родителям жениха: «Просим поберечь детище наше, а чего не знает, поучить». А к жениху так говорил: «У меня была умна, а ты, как хочешь, для себя учи».